Le lit pourpre - Мир твоих желаний

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Проза

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Для писателей.

2

Ну так как делать мне нечего, пофлужу малость...

Закат для последнего дракона

Тихая мелодия ветра, свободно гуляющего среди горных пиков затерянного края. Солнце почти скрылось за линией горизонта, догорают последние лучи, вызолотив небо и окрасив открывающийся с высоты птичьего полёта пейзаж медовыми красками. Алый шёлк редких облаков притягивает взгляд, маня подняться ввысь. На плечи медленно опускается прохлада, напоминая о приближении ночи.
Я глубоко вдохнул пьянящий вечерний воздух, расправляя плечи, потягиваясь всем телом, словно пытаясь сбросить тяжесть прожитых лет. В такие короткие моменты бесконечности, понимаешь, что в мире ничто неизменно и не зависит даже от нас, рожденных небом. Гармония… скоро наверно не останется уже тех, кто умел видеть все её краски. Это печально. Но ведь она не исчезнет и это успокаивает меня.
Ледяное прикосновение к плечу, мимолётноё, но пробирающее всё естество. Она пришла из неоткуда…Её шагов не услышать. Её крыльев не увидеть… но я знаю, они у неё есть и они прекрасны.
Я не обернулся, продолжая неподвижно сидеть у обрыва, на самом краю скалы и смотреть на тлеющий закат. Лёгким, нетерпеливым дуновением несуществующего прохладного ветра взъерошило волосы. Пепельно-серебристые пряди упали на глаза, но мне было лень их откинуть.
Она замерла, словно в нерешительности и я улыбнулся, первым нарушая молчание:
- Мы так давно не виделись с тобой, милая… Я ждал тебя. Посиди со мной, ещё есть время до последнего луча. Закат сегодня действительно прекрасен…
Молчание. Сомнение. А затем… тихий шелест несуществующих крыльев и холод чуть отступил. Моё приглашение приняли с благосклонностью. Возможно, я первый её собеседник за все эти годы… Как и она мой впрочем. Отзвуки далёкого эха, принесенные несуществующим ветром:
- Ты всё не меняешься… Когда мы провожали последнего из старших, помнится был точно такой же закат. Ты не боишься?..
Я рассмеялся. Вечерний ветер подхватил мой смех, переливчатым перезвоном унося его с собой, куда-то вдаль. Улыбнувшись, тепло и спокойно, я покачал головой, запрокинув голову и глядя на небо.
- Я никогда не боялся. Да и чего? Я ждал этого, ведь я последний в твоём списке?
Терпкий привкус сожаления и чуть горчащая грусть. Всё тот же бесстрастный ветер, скрывающий все эмоции:
- Последний. Никого уже не осталось из поднебесных…
Я прикрыл глаза. Конечно, я знал это и без ответа. Знал давно и ни о чём не жалел. Неожиданный, тихий шелест и шорох. Предложение, с оттенком симпатии и сожаления:
- А хочешь… я забуду одно имя? Список так велик, а я так стара… Одна ошибка за столько лет, с кем не бывает…
Я чуть вздрогнул и посмотрел вниз, склонив голову, размышляя и собирая вместе разбежавшиеся ощущения. Предложение не щедрое, а исключительное. От таких не отказываются. Никто и никогда, потому что им не предложат ничего подобного. Но я лишь чуть улыбнулся и покачал головой, подняв глаза и спокойно отвечая:
- Не надо милая… Там меня давно уже ждут. Да я и так задержался здесь.
Не ощутимая печаль, мимолётная грусть и тихая констатация:
- Твоё право. Мир много теряет…
Мягко улыбаясь, провожая глазами последний угасающий луч солнца.
- Я уже давно ничего не значу в этом мире. Просто станет одним ценителем истинной гармонии меньше.
Вздох, неслышный, невесомый. Она напоминает:
- Нам пора…
Я киваю, но лишь чуть поворачиваю голову. Ласковое, но ледяное и безжизненное дыхание касается губ. Последний поцелуй…
Солнце полностью исчезло за тёмной линией горизонта, в свои права вступили сумерки. Ветер тихо и тоскливо пел последнюю колыбель для того, кто уже не мог её услышать. И лишь в темнеющем, бескрайнем небе, зажглась первая, яркая, поднебесная звезда…

3

Шад
Угу, читал, еще раз повторюсь - прослезился...
*но свой я сюда не кину*

4

Собственно авторский фикшен по своим старым ролевкам... ностальжи.
    Лунное безумие
           

Лунный свет испокон веков терзал и мучил сумасшедших, вдохновлял поэтов,  и тревожил  души авантюристов… Да и обыватели, в такие ночи просыпаются, и прежде  чем натянуть на голову свое одеяло  на миг задумываются о чем-то что безнадежно упустили  …что-то,  что было в их жизни  когда-то давно-давно… в лунную ночь подобную этой.
Хиро задумчиво остановился у начала длинной аллеи, завороженный открывшимся ему чудом.  Свет, дробился меж  ветвей деревьев, и прямыми  серебристо-голубоватыми полосами  падал вниз,  и резко ломался, ударившись об асфальт… и рассыпался на нем причудливой сетью теней.  Сегодня ему вздумалось вернуться домой пешком,  насладиться весенним воздухом.  Ну и просто немного подумать.
Он неторопливо зашагал по аллее. Вязы были посажены столь плотно, что казалось вне этой аллеи уже не существует ничего…   Ствол каждого дерева  был контрастно освещен –  тонкий росчерк серебристого изгиба, и без перехода, без светотени…темная, сливающаяся с пространством  часть дерева… словно полосы на тигриной шкуре…
Расплавленное серебро белого лунного света и черные сильные штрихи теней.
Юноша невольно прибавил шагу.. казалось аллея вытянулась во всю бесконечность пространства. И еще…вдруг Хиро показалось, что там за стволами деревьев… мягко перетекая  между неровными легкими полосами света и теней.. действительно крадется тигр…
Он приостановился и всмотрелся в стену деревьев…
Тигр за ними залег на землю…но предательский лунный свет растекся по его шкуре …выхватив голубовато-призрачной  линией изгиб спины, холки, очертание головы с прижатыми ушами… «Ну и разыграется же воображение иногда»… - с легким нервным смешком успокоил себя Хиро. Действительно.. откуда в городском парке, взяться тигру…   память услужливо подсказала эпизод, когда будучи мальчиком так же вечером, Хиро принял валявшуюся у скамейки во дворе  скомканную пачку из под чипсов за  грустного одинокого щенка. 
Луна видимо почувствовала параноидальный холодок, пробежавший вдоль позвоночника парня…  и легонько так хихикнула в своей недоступной вышине … легкий ветерок игриво пробежался по волосам Хиро, коснулся невинным поцелуем его щеки… и всколыхнув  невесомые пылинки,  добавил свою лепту в нереальную  композицию неровных изгибов теней,  и вытягивавшего из души чувство покоя лунного света…  пылинки металлическими бликами заиграли в вертикальных полосах голубого света… 
Тигр решив, что человек не смотрит в его сторону бесшумно прокрался чуть вперед…  секунду спустя,  повернув голову Хиро уже не увидел его, и  облегченно вздохнул… «показалось»
Хиро сделал всего несколько шагов,  и тут тигр выпрыгнул из своего укрытия… сбив парня с ног… и замер над ним… по прежнему нереальный…пахнущий мягким ночным снегом,  летней грозой, сухой прошлогодней хвоей,  дымом сандалового дерева,  и еще смесью неуловимых  запахов.  Время воспринималось растянуто… отвлеченными сухо мелькающими черно-белыми слайдами… Хиро увидел в темных глухо подсвеченных изнутри рубиновым огнем, глазах тигра отражения собственного лица – удивленно вытянувшегося – губы чуть взволнованно приоткрыты, глаза непонимающе, неверяще распахнуты…
От зверя исходил обволакивающий жар… окативший Хиро вместе с глухим рычанием,  проснувшимся где-то в глубине тигриной груди… 
Юноша рефлексивно вскинул руки, закрывая лицо и шею…  движение получилось медленным… несколько сменившихся слайдов… добродушная игривая ухмылка на морде белого зверя… и почти возникший внутри сознания парня страх…
Но испугаться он не успел… чтобы бояться надо верить в реальность происходящего… а лунно-серебристый тигр, с полосками теней от ветвей деревьев на своей шкуре был слишком прекрасен и нереален..
Склонившись к юноше, тигр зубами рванул от самого ворота плащовку, зацепив сразу и ткань рубашки… и  в миг разорвал  одежду, открыв грудь, бешено вздымающуюся сейчас…
Он слышал и сумасшедшее дыхание парня, и стук его сердца,  которому было уже тесно в хрупкой клетке из ребер…  опустив голову, тигр лизнул Хиро…проведя горячим шершавым как наждак языком от солнечного сплетения к шее…
«На вкус что ли пробует?» -  мелькнула озадаченная мысль…  зверь же с силой потерся щекой о плечо парня, закончив движение у его лица…так что шерсть коснулась кожи  его лица…  Жаркое дыхание зверя  разлилось по коже юноши и изнутри тела Хиро  в ответ ему отзывалось  что-то неизъяснимое,  расплескавшееся  нарастающим теплом в паху…
Движением огромной лапы с выпущенными когтями тигр  располосовал  остатки одежды,  оставив тонкие отметины на коже вдоль правой ключицы…
Боль пришла чуть позже, когда царапины стали сочиться кровью…
Зверь с озадаченным урчанием рвавший брюки парня шумно вздохнул… уловив запах крови… «Тоже мне гурман… - не менее озадаченно думал в этот момент Хиро – не вкусно ему видите ли с одеждой»
Дотянувшись мордой до груди парня, тигр собрал языком выступившие капельки    крови… 
Тут волной возмущения к Хиро вернулось, наконец, чувство банального человеческого достоинства… с примесью обиды за то что лунное осязаемо прекрасное воплощение Бьякко не собирается его есть. 
Обхватив зверя за шею, юноша сел… и восхищенный прикосновением к белой шкуре… погладил тигра… шерсть была жесткой, упругой… и каждый волосок тигра словно светился изнутри, тем лунным сиянием,  которое заворожило душу человека  сделало этот вечер столь нереальным и волшебным…
Тигр мгновенно отозвался на ласку, потянулся всем своим длинным  телом  к парню, придавив своей лапой  его  бедро …  и в его зрачках темными  рубиновыми  искрами вспыхнула приговором страсть… звериная, неконтролируемая…
И все тело Хиро отозвалось зазвенело… и потянувшись к зверю, он обнял тигра, прижался к нему всем телом… закрыл глаза, отдаваясь жару расплавленного металла,  потекшего по его венам.
Руки Хиро медленно, впитывая  жар звериной срасти, гладили, ласкали тигра…  В юноше всколыхнулось что-то древнее, предвечное,  существо не понимающее рамок и правил живущее только  лунной магией здесь и сейчас,  резонирующее с зовом плоти призрачного зверя, дарящее  страсть в ответ… 
Тени деревьев и лунный свет смешались… расплылись серовато-фосфорецирующим туманом… губы Хиро смял поцелуй, сильный,  влекущий… выпивающий остатки разума… распахнув глаза, юноша невольно подался торсом назад, ощутил как падает, но тут же его удержала рука, сильная решительная…
Тигр исчез, рассеялся в тумане вместе с контрастами этой ночи… обнимавший юношу мужчина без возраста, без имени… воплощенное желание… был еще более нереален чем наполненный тихим свечением зверь… Ладони его.. неожиданно горячие сильные,  жадно ласкали Хиро… не встречая сопротивления, неприятия, смело, сильно впитывали  тепло и хрупкость человеческого тела… наполняя в ответ Хиро  лихорадочным безумием…
Отдаваться… подчиняться…принадлежать…  плыть в накатывающих волнах блаженства… Хиро вздрогнул от легкого укуса, распластанный грудью на дорожке меж деревьями  повернул голову,  мягко лениво улыбаясь своему опьянено-легкому состоянию,  чтобы увидеть своего любовника… и ощущая в себе его готовность  взорваться вспышкой  сверхновой…  самому слиться  с  его оргазмом… долгим несдержанным  криком спугнуть замечтавшуюся в облаке луну…
Сильные ладони скользнули благодарной лаской по спине юноши… щеки Хиро коснулся мех тигра, потершегося собственническим манером о тело юноши - головой  верх от лопатки к вдоль шеи…
Луна закончила свое колдовство…
Аллея весенних, еще не проснувшихся вязов была просто парковой аллеей,  и тени деревьев были просто тенями деревьев..
Хиро поднявшись с неожиданно холодного асфальта, подобрал лохмотья своей одежды…  и вытащив из того что было раньше плащом бумажник, как культурный человек бросил  ком тряпок в ближайшую урну.
Он шагал по парку… еще в легкой эйфории, отдающейся всплеском  жара в каждом его движении… и разговаривал с луной, на том древнем языке, знание которого хранится в генах человека вместе с прочим наследием тех времен когда рождался мир.

03.03.2006

5

ПДД 

Топал Эрька по своим делам и как любой нормальный, или почти нормальный человек, решил перейти дорогу.
Почувствовав неожиданный семидесятикилограммовый балласт, повисший на правом локте, прибавил шагу, думая, что само отвалится. Не отвалилось, но даже заговорило. Оказалось сержантом Хрензнаеткакзовутько. Ментов при исполнении Эри, как любой среднестатистический обитатель просторов РФ не особенно жалует, тем более, если они мешают идти в задуманном направлении – до общественного сортира, например.
Остановился. Спросил вежливо, какого хрена всякие менты цепляются с утра пораньше с непристойными намерениями к молодому человеку.
Сержант торжественно объявил, что Эрик перешел дорогу в неположенном месте, нарушая общественный порядок и провоцируя аварийную ситуацию.
- Я еще не перешел, – уточнил парень, обнаружив, что они стоят ровно посредине дороги, огибаемые удивленно проезжающими мимо машинами.
- Переход находится в десяти метрах, - укоризненно сказал мент.
- Где?
- Там – рука Хрензнаеткакзовутьки взментнулась в Северо-западном направлении.
- Нету там, - пожал плечами Эри.
- там Знак стоит.
-да? А вы уверены, что это знак пешеходного перехода? – Эри понял, что думать чем бы себя развлечь уже не надо и с удовольствием включился в разговор.
- Да.
- А вы отсюда видите сколько там полосочек? Вдруг это знак подземного перехода и там ступеньки…..
- У нас в городе нет подземного перехода, - просветил мент.
- значит, там должна быть нарисована зебра…- подумал вслух Эри, - сколько полосочек на знаке вы видите?
- пять, - ответил мент, ошарашенный такой наглостью.
- неверно. И грустно, что люди, чей долг заниматься охраной правопорядка в городе обманывают граждан, вместо того исполнять свои обязанности, - Эри стал было впадать в депрессию, - я вот знаю, что там три полоски…
- Какая разница? – лицо под козырьком фуражки стало бордовым.
- Так что будем делать? –
- Предъявите документы!, - в мозгу Хрензнаеткакзовутьки щелкнуло реле и включился алгоритм действий в неожиданных ситуациях.
- Нету, - обрадовался Эрька.
- Почему?
- Я не обязан носить с собой документы, идя в магазин.
- Пройдемте в отделение.
- Зачем?
- Для выяснения личности.
- А какого хрена?
- За нарушение правил дорожного движения!
- Вы же исполняя обязанности, не дали мне их нарушить?! –Эрька оскорбился от такой вселенской несправедливости.
- Ну тогда за сопростивление сотруднику милиции при задержании! – рявкнул Хрензнаеткакзовутько.
Эрька в восторге от такой наглости радостно согласился.
- Вызывайте машину и поедем!
- какую машину? – от возмущения у мента слетела фуражка,
пока он ее поднял, отряхнул, надел обратно на часть тела, именуемую по инструкции головой, Эри простился с мыслью дойти в ближайшие полчаса до магазина, и с буддийско-философским приятием всего происходящего стал наслаждаться ситуацией.
В компании с Хрензнаеткакзовутько они перешли наконец дорогу, нарушив сразу два правила – мало того что перешли в неположенном месте, так еще и по диагонали.
На другой стороне улице Эри деликатно спросил, почему сотрудникам милиции можно нарушать ПДД?
Мент почесал содержимое своих брюк и важно сообщил, что доставляя задержанного, наряд обязан двигаться наикратчайшим путем.
- Это когда авто по городу двигается с сиреной и мигалкой…. – уточнил Эрька, - а у вас на фуражке мигалки нет, - как люди поймут что вы задержанного доставляете, а не нарушаете ПДД в компании своего знакомого?
Хрензнаеткакзовутко ничего не ответил и тока прибавил шагу.
В общем, Эрик был доставлен в отделение и страж порядка приступил к составлению протокола и выяснению личности задержанного.
Для чего позвонил в паспортный стол.
Эри умел подлинное удовольствие отлично слышать весь разговор.
- здравствуйте, вас беспокоит сержант Хрензнаеткакзовутко, нам нужны паспортные данные такого-то человека (называя имя, которым представился Эрька)
На другом конце трубки прозвучало лаконичное:
- Пароль?
Хрензнаеткакзовутько оторопел и честно признался:
- нету пароля.
На другом конце линии:
- пи-пи-пи-пи-пи…….
В общем набирает он снова номер паспортного и разговор повторяется слово в слово:
- здравствуйте, вас беспокоит сержант Хрензнаеткакзовутко, нам нужны паспортные данные такого-то человека.
- Пароль?
- Какой к черту пароль? Никогда же не спрашивали!
- пи-пи-пи-пи-пи-пи…………….
После еще двух попыток мент звонит «наверх» и слезно выплакавшись начальству спрашивает где взять пароль, кто виноват и что делать?
В этот момент связь рвется.
Попробовав пару раз набрать номер, Хрензнаеткакзовутько пожаловался задержанному на то что финансирование у них плохое, нет в отделении даже нормального телефона, только перемотанный крест на крест изолентой задроченный аппарат, ровесник, судя по дате изготовления бати самого Хрензнаеткакзовутько.
- Вы намекаете на взятку в размере стоимости телефонного аппарата? – уточнил Эрик, уже радуясь, что с него стрясут рублей пятьсот и отпустят.
- ни на что я не намекаю – сржант аж побагровел от возмущения.
- а жаль
Сожаление было искренним.
Наконец сержант дозвонился куда хотел и получил инструкцию звучавшую «скажите им, чтобы так сказали»
Самое удивительное, что, перезвонив в паспортный стол, и сказав, что начальство заявило, что информацию об Эрькиных данных должны выдать прямо сейчас и не спрашивая никакого пароля, Хрензнаеткзовутько в ту же секунду получил все данные, номер, серию паспорта, где и когда выдан и по какому адресу прописан.
Хорошая у нас система.
В паспортном столе по требованию – неизвестно кому дали данные неизвестно кого… звони кто хочешь – узнавай что надо….
Эрька уже откровенно ржал, пока сержант составлял протокол.
Получил квитанцию штрафа на 50 р…. Которую следует оплатить в течение 30 дней и предложение отправится восвояси.
И закончилось бы все благополучно, но Эрька ляпнул, что вообще то сотрудники милиции должны его доставить с эскортом на место задержания.
На улице портилась погода, но работа есть работа.
Сержант сопроводил Эрика назад, снова нарушив те же правила движения – они торопливо пересекли по диагонали две дорожные полосы и остановились.
- а теперь будьте добры, перейдите дорогу по пешеходному переходу, - официально-назидательным тоном сказал Хрензнаеткакзовутько. Указывая в северо-западном направлении.
- если вы выписали мне штраф, то могу я все таки сделать то, чего не успел сделать, потому что вы меня остановили, и за что я уже оштрафован, и перейти дорогу здесь?, - Эрик с завистью посмотрел вслед пенсионеру, который в счастливом неведении о том что нарушает правила дорожного движения, создавал аварийную ситуацию шаркая мимо них с сержантом через дорогу.
- нельзя, - отрезал страх порядка.
Эрька уныло поплелся к переходу… и там, как человек, соблюдающий правила дорожного движения, как пешеход, идущий по зебре, и следовательно знающий, что водители обязаны его пропускать, зашагал через дорогу, краем глаза наблюдая следующую картину:
ВАЗ2106, водитель которого видел не только уныло бредущего через дорогу парня, но и мента в десяти метрах, культурно притормозил, но идущая следом за ним Toyota не поняв – какого хрена шестерка тормозит, пошла на обгон…
Маты водителя были раза в полтора громче визга тормозов, когда япошка остановилась, буквально в 10 см от Эрьки.
- Ты, что о*уел совсем?! – удивленно и вежливо поинтересовался водила, выскочив из машины…
Эрик обернулся в сторону ржущего мента, который направился уже в сторону случившейся на переходе аварийной ситуации, пожал плечами и пошел дальше через дорогу – по пешеходному переходу, решив зайти в сбербанк и оплатить штраф за так и не совершенный им, но дважды проделанный под конвоем переход дороги в неположенном месте.
2007 г.

6

наконец-то добрался я и до этого раздела чУдного форума. И не зря.)

Шад.
Тонко, трогательно и оставляет легкий налет тихой грусти на душе. Спасибо, поднебесный, за это творение.)

Эрик.
О полнолунии…
Преклоняюсь пред вашим талантом: из простых слов так виртуозно выплетать осязаемые душой образы. С каждой прочитанной строчкой словно обретает краски серая реальность, меняется, преобразуется… и сам не замечаешь, что уже оказался в придуманном – в другом мире, но он не кажется чуждым, ибо ты живешь вместе с героем в одном ритме, одним дыханием, чувствуя, как бьется его пульс… нет, уже не его – наш… один на двоих.
Спасибо за подаренный прекрасный мираж.)
А если учесть, что сейчас через обманчивую грань стекла в комнату заглядывает полная Луна, невероятно яркая сегодня… эх… пойду еще раз перечитаю.)

ПДД
Какой разительный контраст! ))) браво мастеру! ))

ну и чтоб не флудить - вот вам творение моего не шибко здравого мозга.)  Небольшой драббл на заказ - на слово «массаж».

Светоч моргнул предупреждающим сигналом – скоро истощится запас энергии в искусственном источнике света, и кабинет погрузится во тьму.
Тихий вздох пролетел от письменного стола до ровных рядов книжных полок.
– Что ж, на этот раз сходится, – усталый голос с легкой хрипотцой принадлежал сидящему за столом хозяину этой комнаты, да и всего замка в целом. После десяти часов к ряду, занятых изучением фолиантов, расчетами и планированием – от цифр уже рябило в глазах, никакие заклятья бодрости не помогали.
Окинув взглядом результирующую схему, демон еще раз вздохнул и развеял блокирующий щит над комнатой. Привычка запираться таким нехитрым способом выработалась у него после того как пара йом погибла конечной смертью от его руки, не вовремя сунувшись с докладом. А так глухой блок над кабинетом ясно говорит, что хозяин занят и никого не желает видеть.
Почти сразу же дверь в кабинет открылась, впустив посетителя и… запах еды.
О, да! Очень-очень своевременно: за расчетами он и забыл поесть. Хорошие у него все-таки слуги – заботливые, вышколенные. Или же до сих пор припоминают тех, подвернувшихся под горячую руку.
Демон мотнул головой, отгоняя мрачноватые мысли. Шея тут же напомнила о себе ноющей болью. Вслед за ней запела спина, переводя соло в дуэт. Плывя по волнам этой песни, аналитик медленно с наслаждением потянулся, напрягая застывшие без движения мышцы. Взгляд привычно мазнул по стеклянным дверцам шкафа напротив двери. Его неоднократно журили за странное расположение мебели в кабинете. В частности за то, что, сидя спиной к двери, хозяин не мог видеть, кто заходит. В ответ белокурый демон лишь выдавал хитрую улыбку. Не будешь же каждому объяснять, что ему достаточно выпустить тонкую нить магии и стекло станет для него зеркалом, покорно отражая все, что творится за его спиной. Впрочем, он редко утруждал себя подобными фокусами: иногда из любопытства, иногда от усталости, а иногда просто было лень даже шевельнуться лишний раз. Сейчас был последний вариант.
В стекле дверцы книжного шкафа мелькнуло темно-серое пятно – форма Лорда.
«Быстро явился. Неужто соскучился?» – Пробежала пушистой лисой озорная мысль, преследуемая тенью удивления и предвкушения.
Демон приблизился к сидящему трудоголику, ладони опустились на плечи, сжав уставшие мышцы. Сильные пальцы, не торопясь, прошлись от шеи к плечам, разгоняя напряжение. Блондин прикрыл глаза, наслаждаясь неожиданным массажем. Ловкие руки, железной хваткой держащие врагов, сейчас были на удивление нежны, точными движениями убивая тупую боль и ломоту.
Аналитик запрокинул голову, откровенно наслаждаясь. На тонких губах в тепле расположилась мягкая улыбка, преобразив обычно серьезные черты.
Рука соскользнула с плеча ниже, по борту расстегнутого кителя.
– Соскучился, милорд? – Разомкнулись бледные губы.
Зашуршала форма, массажист наклонился и принялся терзать зубами кромку уха сидящего. Тот поморщился, не открывая глаз, и отдернулся:
– Неф, я же просил не грызть.
Пальцы забрались между пуговицами рубашки, холодя кожу.
Холод?
Холод!!
Рука бледной плетью взметнулась к голове гостя, схватив прочные нити волос, во второй кисти уже собирался пучок энергии. Пинком отбросив стул, аналитик вскочил, извернулся и оказался лицом к лицу с ошеломленным такой стремительной сменой настроения посетителем.
– И как сие понимать? – Вздернув бровь, поинтересовался хозяин замка и выпустил из пальцев серебристую прядь – палку перегибать все же не стоило.
– Шар убери, Четвертый, – низкий голос гостя как обычно был безэмоционален. 
Демонстративно прищелкнув пальцами, блондин развеял заряд.
– Итак? Что значит это представление? – Повторил он вопрос.
– Я выяснил, что хотел. И очень этим не доволен.
Первый Лорд бесцеремонно заглянул в исчерченные листки на письменном столе, вернул пристальный взгляд на собеседника.
– Очень плохо, что подобные сплетни имеют под собой реальную основу.
– Тебе-то какое дело? – Совершенно не по уставу огрызнулся Иллюзорный.
– Королева не любит, когда ее Лорды уделяют повышенное внимание друг другу, а не ей.
– А ты, значит, исключение.
– Я Верховный. Мне можно многое.
– И даже чуть больше.
– Не забывайся, Четвертый.
На секунду младшему показалось, что он слышал звон металла, сопровождающий слова Первого, но все же выпустил на свободу хлесткое:
– А ты не ревнуй.
Зрачки глаз цвета чистого льда дрогнули. Джед ликовал: ему все же удалось задеть непробиваемого Ледяного. Закрепляя успех, он произнес:
– Я никогда не соглашусь быть временной заменой любимой игрушки. И это тебя бесит.
Любой демон или йома, когда-либо видевший Иллюзорного, не узнал бы его сейчас. Яркие голубые глаза искрились насмешкой, губы издевательски кривились в саркастической ухмылке. Змей в обличии ангела, сошедший в Эдем.
– Слишком много мнишь о себе, младший, – сквозь зубы прошипел Ледяной.
– Не больше, чем ты. А сейчас, извольте покинуть мой замок, Верховный Лорд. Я несколько устал, трудясь на благо королевства, и хотел бы отдохнуть.
– Наглец, – бросил Повелитель Пространства. Когда ты попадешь в немилость, я приложу все усилия, чтобы наказанием для тебя стал именно лед. Мне это доставит огромное удовольствие.
Седовласый театрально взмахнул рукой, открывая портал, и уже погружаясь, в него услышал тихое:
– Привет рыжей марионетке.
Когда северное сияние портала исчезло, поглотив фигуру Лорда Хаоса, блондин шумно выдохнул. Он даже не хотел считать, сколько раз за прошедшие несколько минут нарушил устав. Сомнений не было – Верховный не забудет допущенной дерзости.
Прикосновения холодных пальцев до сих пор жгли кожу ледяным огнем.
Золотоволосому демону придумывался только один способ избавления от неприятных ощущений.
И он бросил зов.
Зайдя в спальню, озаренную тусклым светочем, он, как и ожидал, обнаружил на постели роскошного каштаново-гривого демона с извечной провокационной насмешкой в омутах цвета индиго. Или манящая дерзость ему сейчас только привиделась? Впрочем, немудрено было попасть в сладкий плен грез, учитывая склонность Астролога не утруждать себя облачением в традиционную форму при частных визитах в Дом Иллюзий. Так, сегодня тренированное смуглое тело было частично скрыто узкими черными брюками. Не стесненная ни одной застегнутой пуговицей бежевая рубашка с закатанными по локоть рукавами едва держалась на плечах, готовая соскользнуть при малейшем повороте корпуса. Пояс, сапоги и уж тем более китель отсутствовали. Весь вид раскинувшегося на ложе синеглазого дьявола не оставлял для мыслей выбора в определении направления движения. В него влюблялись без памяти, из-за него разыгрывались подковерные баталии, коварные интриги, но с некоторых пор для него имело значение мнение только одного существа. И, похоже, при дворе стали замечать изменившиеся отношения Лордов. Это плохо, очень плохо.
– Только не спрашивай ни о чем, я потом расскажу, – попросил аналитик, усаживаясь на кровать рядом с шатеном.
Тот, не утруждая себя даже кивком, притянул блондина ближе, скользящим движением рук провел от плеч к кистям, снимая темно-серый с красным кантом китель. Расстегнул три верхние пуговицы рубашки и властно, но нежно впился в основание шеи – как раз там, где, позволь себе Звездный увлечься, след страсти будет надежно закрыт воротником кителя. Кроме того, шея – одно из самых чувствительных мест Иллюзорного, о чем Астрологу было прекрасно известно, и чем он без зазрения совести пользовался, к вящей радости блондина.
– Ты напряжен до предела... Ложись, массаж сделаю, – мурлыкнул на ухо синеглазый. Интонации Повелителя Судеб сейчас совершенно не походили на привычный голос генерала Королевства Тьмы: нежность окутывает мягкостью теплого пледа, согревает замерзшую на морозе сущность. От него веяло уютом и ощущением дома – тем, чего не хватало каждому демону.
Блондин, довольно улыбаясь, опустился на постель, позволяя чутким заботливым рукам стянуть с себя одежду и прогнать неприятные ощущения заботой и лаской.
«Демоны не умеют любить. Это аксиома. Поэтому я не люблю тебя… Но за тебя готов убить любого».

7

"утащил всё вышенаписанное к себе читать"

Автор: Эш Мор
Название: Мир в руках
Жанр: слэш
Рэйтинг: нет
Предупреждение: куча розовых соплей.
Разрешение на публикацию: получено.

Мир в руках

У меня за плечами сейчас непосильная ноша. Я чувствую, как громадами камня она давит на меня, ломая кости и выворачивая суставы, не давая вдохнуть и глотка воздуха, мерзким сверлом буравя в груди. Я просто элементарно задыхаюсь этим пропитанным бензином и дождём, давно переставшим оправдывать своё название веществом... Я не могу - Н е М о г у нести это дальше. Вокруг льёт как из ведра, потоки с неба грозят устроить новый потоп. Ливень, гроза, молнии... Реки, текущие по асфальту - мне кажется, что со своим камнем я просто утону... Лихорадочная суета на узких тротуарах, люди в полном безумии отталкивают друг друга, стремясь укрыться от внезапно разбушевавшейся стихии. Краски почти пропали за серой мутью дождей, мокрого асфальта, потемневшего камня зданий. Я боюсь. Я так отчаянно боюсь, что мне практически отказывают ноги. Я ведь такой трус... Я вынужден заставлять себя делать каждый новый шаг - не в убежище, не в укрытие, а вперёд, к намеченной цели, туда, где решится всё - и у меня из груди всё-таки исчезнет это сосущее чувство, где ноша истает серым дымом... или придавит небесной тяжестью, вбив в землю и уничтожив окончательно... Так или иначе, будет легче - поэтому, ни шагу назад. Я конечно, просто бегу от этой тяжести - я же трус, помните? Всё, устал. Если не сейчас - наверное, никогда не смогу одолеть ни одного из этих страхов (вечное - быть или не быть?), а с каждым днём становится всё хуже... И будет тяжелее за спиной в тысячу раз, если я отступлюсь и поверну обратно. Как обычно. О да, я безмерно запоздал со своими покаяниями и принятиями судьбоносных решений. Я всегда опаздываю. В первый класс... На урок. На вечеринку. К началу передачи. К стоматологу... С первым разом.... Признаться, что я к кому-то не равнодушен. Что я не сделал домашнее задание. Что я не люблю овсяное печение, которым меня уверенно потчует мачеха. Сейчас, я, кстати, тоже опаздываю. Уже на пять минут.  Впрочем, это всё дождь. И совсем не я. И все мои страхи совсем не при чём. Серая, серая муть... Серый и чёрный - ау, куда делись летние краски?? Ботинки вымокли. Как же я ненавижу хлюпанье в кроссовках… Быстро мёрзнут пальцы ног... Меня уже всего трясёт - кажется, я вымок до нитки. Чёрт. Дождь. Ну, просто кара небесная.... По крышам и моей макушке забарабанил град. Боже, я думал хуже уже не будет... Меня распирает истерический смех. Упс... Нервы, товарищи, нервы. Те самые, которые не восстанавливаются. А что вы хотите? Не легко таскать небо на руках, это вам ещё Геракл поведал. А у меня целая планета в рюкзаке, о как. Большой, но очень хрупкий мир. Его так легко разбить - словом, взглядом, жестом.. И виноват буду я. А вот и место встречи - да-да, то, которое изменить нельзя. И, судя по фигуре под чёрным зонтом, повернуть обратно я уже тоже не могу. Ну и чёрт с ним. Знаете, шагать вдруг стало легче. Перед смертью не надышишься, только расстроишься, оценив, наконец, чудесный воздух, который ты, собственно, имеешь честь вдыхать. Ага, загаженный выхлопами. Чувствуя, как медленно начинает кружиться серая муть, захлестнувшая мир, лишившая его цвета, запаха, вкуса, я окликаю вершителя судеб. Как всё-таки хочется, чтобы мир не рухнул. Забавно, надежда - такая смешная штука. Она действительно умирает последней, захлебываясь в крови, цепляясь скрюченными болью пальцами за всё тот же мокрый асфальт, жестоко ломая ногти, хрипя от муки... И отчаянным взглядом повторяющая " Ведь всё будет хорошо, правда?? Всё будет хорошо!". Для таких случаев и нужна эвтаназия. Полезная штука. И как раз ею я сейчас и займусь. Я открываю рот и… Меня нагло перебивают, так что я захлёбываюсь словами
.-Эй , ты почему без зонта, идиот! Опять героя изображаешь? И снова опоздал!
Резко лопнул по швам рюкзак, ярко-цветная сфера во внезапно наступившей абсолютной тишине беззвучно упала на асфальт, разлетевшись на тысячу осколков - я опоздал подхватить, как всегда. Плохой из меня герой  - Мир разбился.. Я снова открыл рот, глубоко вздохнув, собираясь признать поражение... Но тут же подавился на выдохе:
- Кстати, Дик. Знаешь, ты мне нравишься… - и ярко-алая роза мне в нос.
Чёрт, я, кажется, опять опоздал сказать... Но, знаете... "Момент" - очень хороший клей. И Миры он клеит весьма неплохо...

Автор: Эш Мор (мну, естессна)))
Название: Две миниатюры
Жанр: слэш
Рэйтинг: нет
Предупреждение: куча розовых соплей и простых человеческих истин. Немного не совсем цензуры)
Саммари: Урок в старшей школе, Лето, таинственный грот и, вероятно, каникулы)
Разрешение на публикацию: получено.

Миниатюра1

Математика.
Как обычно, сверлю ззлобным вззглядом отличника вихрастый чёрный затылок.
Неужели так сложно причесаться? Ходит вечно растрёпанный, только с сеновала!
На днюху надо всем классом скинуться и не блокнотик, а гребешок презентовать - ей богу, толку больше будет!
А то блокнок жалко.
У него и тетрадь-то в рваной обложке, с заляпанными и зарисованными полями, а уж дневник...
Святая Магладина, там красного в пропорции двенадцать к одному синему, а пятёрка это такая вещь - из раздела фантастики и палаты номер шесть.
Во, тянет руку. Нафига? Всё равно ничего не знает. Нет, блин, надо руку поднять и стоять, аки обелиск на бездорожье.
И ждать, пока умный, добрый, во всех отношениях замечательный Тим что-нибудь подскажет.
Как же, жди. Не буду. А вот возьму, и не подскажу!
-Тангенс равен отношению синуса к косинусу! - быстро шепчу я, а то ведь так и будет обзор загораживать, а мы, между прочим, тему новую проходим, а как проходить, если из-за этого болвана доску не видно?
Придурок. Сидел бы тихо и не рыпался.
Нет, надо на свою персону обратить внимание всего класса, и плевать, что выглядишь идиотом.
Всё равно идиот и есть.
И кроссовки дебильные. Не ноги в них, а брёвна, ага. Последний лох такие оденет.
А что за хрень в ухо вставил???! Нет чтоб как все - крестик там, булавку, просто колечко, в конце концов?!
Нифига, мы же - особенные, своего ума нету чужой не пришьёшь! И поэтому в ухе у нас болтается стилизованная лилия.
И ногти у нас поэтому выкрашены в белый цвет.
Даже не в чёрный.
И идиотский бисер на правой лапе.
И джинсы порваны косо.
А сумке давно пора на свалку.
И вообще, заносчивый, высокомерный, крикливый и шумный, ровным счётом ничего из себя не представляющий, совершенно не умеющий себя вести тип.
И почему я его так люблю??

Миниатюра 2.

Доменику посвящается...

- Но они - горят!- яростно кричишь ты, с наворачивающимися слезами на глазах - потому что никто, никто не верит, а Марк, великий и ужасный Марк, рассмеявшись, уходит из грота. Ты нашёл его - сам, в одиночку - прекрасный полукруглый грот с мелким песком, уходящим в таинственно-тёмную воду, слабо сияющую бликами от фонариков.
А Марк, самый взрослый из нас, вожак, по совместительству - твой страший брат, просто уходит, снисходительно подмигнув: мол, не серчай.
-Огоньки! Сотни, тысячи огоньков! - воссторженно рассказываешь ты - помню этот момент так же ясно, как вижу твоё лицо - светящееся и одухвотрённое внутренней силой.
Любопытство, затем - холодное разочарование остальных. И твои слёзы. Их я тоже помню. Они уходят, а я остаюсь, подхожу ближе и обнимаю тебя за плечи.
Тогда ты действительно плачешь - от обиды, от злости, от горечи поражения. Я тихонько глажу тебя по спине, шепча какие-то глупости - до тех пор, пока ты не успокаиваешься.
-Они - горят? - тихо всхлипывая, спрашиваешь ты.
- Горят, -соглашаюсь я с улыбкой, стоя в абсолютном мраке. Мне не сложно соврать - если это сделает тебя немного счастливие.
Я хочу поцеловать тебя, но... Ты уже спишь, тихо посапывая мне в шею. Я обнимаю тебя крепче и устраиваюсь поудобнее, разглядывая смутно видный в полутьме потолок в сталактитах.
Вверху что-то мерцает, я щурюсь в попытках разглядеть...
И, вдруг вспыхнув, загорается первый огонёк...

8

Следующие два рассказа-миниатюры навеяны перечиткой "Вампирских Хроник" Энн Райс.

Автор: Эш Мор
Название: Полюбить вампира.
Жанр: вроде романс, а может, агнст, в любом случае POV(?)
Рэйтинг: нет
Саммари: диалог... или исповедь?

      Полюбить вампира

Только ты и моя ненависть заставляет меня существовать, цепляясь когтями за эту грешную землю.
Ты презираешь меня?
Что ж, значит, я достоин презрения. Значит, ты хочешь знать, что заставило меня стать чудовищем? Ты действительно хочешь знать? Тогда я расскажу тебе историю одного юного сердца, одного предательства и одного древнего Дитя Тьмы, что счёл мою жажду мести достойной воплощения. И я расскажу тебе о том, как человек во мне умирал долгие мучительные сутки. И осталось то, что ты видишь перед собою - существо с ослепительно белой кожей, сияющими глазами, невероятной мощью... И кровавыми слезами рвущегося на части, ещё живого, бьющегося в агонии сердца. Я расскажу тебе и про свою месть.
И Я скажу тебе всё, что было у меня на сердце, когда я совершал то, что совершил. И ты ужаснёшься и отвернёшься от меня, преисполнившись отвращения. Но однажды ты поймёшь. И простишь. И, может быть - о, безумная надежда!... Может быть, вернёшься ко мне...
Я не могу быть один. Но я устал любить и терять тех, кого я люблю. Если ты покинешь меня, я умру. Если ты не вернёшься... я не воскресну.
Ты говоришь, что я - зло, ибо мне не доступно то, что ты зовёшь добродетелью. Почему ты так считаешь? Что ты мнишь под этим зыбким понятием? Разве я не пытался смирить свою природу и не причинять зла? Разве я не спасал жизни невинных, получая свои жестокие раны - и страх и ненависть в благодарность? Разве я не старался нести миру свет, не уничтожал подобных себе, но избравших путь мрака?
Ты говоришь, что я никогда не буду человеком для тебя. Почему? Потому что.. я не умею чувствовать, как человек?
НО это не так. Страх, боль, тоска, ненависть, одиночество, нежность, счастье, горе и печаль- всё это знакомо мне как никому. Я узнал их и испил из этой чаши сполна.
Я не умею любить? Ты так уверен в этом? Я - нет. Потому что несмотря на всю свою ненависть, я не могу убить тебя. Мне больно от мысли, что тебя не станет однажды. Я боюсь, что придёт день, когда ты станешь равнодушен ко мне. Я готов драться со всем миром за тебя или... за одну твою улыбку. Я готов попытаться уничтожить мир, если ты решишь, что так надо.
Я готов спасти его, чтобы твоё презрение стало хотя бы отголоском чувства более светлого...
Я готов стать твоей тенью. Я могу исчезнуть из твоей жизни, оставшись лишь отголоском в памяти.
Если это необходимо тебе для счастья...
Возможно, я даже могу уничтожить себя.
И ты говоришь, что я не умею любить?
Тогда скажи мне, ЧТО такое любовь.
Я научусь.
Ради тебя я уничтожу и сотворю себя заново. Я умру и воскресну. Я стану светом, я стану тьмой.
Только скажи, что должен сделать вампир, чтобы его полюбил человек.
Я сделаю. Потому что ты - всё для меня.
... Без тебя меня нет.

Автор: Эш Мор
Название: Он моя иллюзия...
Жанр: вроде романс, а может, агнст, в любом случае POV(?)
Рэйтинг: нет
Саммари: безумие идёт рядом с любовью... не будите напрасно второе, ибо рискуете научить и первому.

      Он моя иллюзия...

Ты пришёл ко мне во сне. И сказал, что свет есть ничто иное, как мрак. И что зло есть лишь в наших душах. Зло придумал человек. Но и добро тоже. Что мы, люди, безумны по природе своей. И пытаемся спастись в своих зыбких иллюзиях.
Я не поверил. Я прогнал тебя - и проснулся.
Но ты пришёл снова...
Я помню, мы спорили. Я ответил тебе, что так или иначе - мы - люди. И наши иллюзии - наше право. И, в конце концов, рано или поздно мы умрём, как и всё, что нас окружает - даже камни разрушаются со временем. И никто, никто не имеет право лишать нас наших иллюзий. Лишать нас права выжить так, как мы это умеем.
Ты задумался и ничего не ответил. Солнце встретило лишь наше молчание и, обидившись, разорвало мой сон, скользнув по ресницам.
И однажды, когда годы - или дни? - спустя, ты пришёл... Ты просил прощения, что пытался разрушить меня.
Я рассмеялся, и сказал, что ты - всего лишь сон. Приятный. Но не больше.
Твоё лицо странно изменилось и ты заплакал. Твои слёзы цвета крови... И такие же восхитительно-сладкие, восхитительно-солёные...
Вечером я увидел тебя.
Только я.
И когда ты укусил меня... Я понял, что лишаюсь рассудка. Раньше, чем это действительно случилось.
В конце концов, это оказалось не страшно.
Меня беспокоит только одно... Ты действительно хотел обратить меня? Или просто скучал по людской глупости?
Так или иначе... Ты не приходишь больше ко мне. И я скучаю.. Скучаю по твоей ограниченности. Зачем ты не разрушил меня, если не забрал с собою?
Мне больно, что тебя нет. Потому что я больше не знаю, был ли ты.
Мой разум... Он рушится и тает с каждым днём, погружаясь в пучину бессмысленных в своём круговороте видений. Моя память утратила чёткость. И это тоже больно - я не знаю, было ли то, что было.
Я просто хочу, действительно хочу, что бы ты был. И я вместе с тобой.
Ты слышишь, я зову тебя?!
Пожалуста, приди, и скажи, что ты - не иллюзия, в которой я пытался спастись. Моя зыбкая иллюзия...
Ты... здесь?...

И просто так, маленькая сказочка.......
Перевод песни см. ниже....

I've lied to you
The same way that I always do
This is the last smile
That I'll fake for the sake of being with you

Это был прекрасный закат. Над притихшим городком раскинуло купол-шатёр полыхающее всеми оттенками пламени, кажется, раскалённое небо... Я всё-таки не думаю, что оно горячее. Наверное, просто шёлковое - а что, огромные рулоны древнего китайского шёлка, небрежными движениями, будто мазками разбросанные и причудливо смешанные в своём многообразии оттенков...
Маленькие аккуратные домики будто укутались в тишину, благоговейно - как люди - взирая на творящуюся красоту... Стараясь каждой ставней, каждой досточкой в заборе, каждым оштукатуренным кирпичиком и цветной черепицей уловить хоть кусочек светло-алого зарева. Когда говорят, что закатные лучи окрашивают всё в цвет крови - не верьте. Этот нежный розоватый оттенок... Это не кровь... Вы знаете, я как-то видел крупную белую морскую раковину. У неё изнутри был такой же хрупкий, трогательный, робкий цвет, как тот, что несут, прощаясь, лучи самой близкой к нам звезды.
Ласковое прикосновение, тихо пытающееся напоследок согреть начинающий остывать воздух, слабое дуновение ветерка, теребящее чёлку, шутливо сбрасывая её с лица - зачем прячешь?
Я боюсь этой тишины... Наверное, поэтому я поднимаю руку и возвращаю привычно-цветные пряди на своё законное место. Я не люблю смотреть в глаза, когда кривлю душой. Особенно, когда говорю с тобой - почему-то ты всегда улавливаешь в невыразительности серой гальки малейшие оттенки эмоций...
- Знаешь, я, кажется, всё-таки люблю его...
(Everything falls apart, even the people who never frown eventually break down)
The sacrifice of hiding in a lie
(Everything has to end, you'll soon find we're out of time left to watch it all unwind)
The sacrifice is never knowing

Why I never walked away
Why I played myself this way
Now I see your testing me pushes me away

- Ты меня слушаешь?
Да, я тебя слушаю. И слышу, хотя совсем не хочу. Я вынимаю один наушник. И без того тихо играющие "Линки" становятся больше похожи на шебуршание листьев, что легко заглушают голос солиста при следующем прыжке ветерка... Он похож сейчас на расшалившегося котёнка - то прыгает вперёд, когтя воздух, приседая и бросаясь в атаку, то, закружившись, отскочит назад и вопросительно шипит в соседнем углу, взметая снежинки опавшей листвы...
- Конечно. Ты всё-таки его любишь. Тебе так кажется.
- И?
И? Что я должен сказать? Почему я вообще должен? Почему я всегда играю роль подружки?? Я парень, в конце концов, если кто-то, нетерпеливо сверкающий на меня бархатом карего шоколада, ещё не заметил!
- Поздравляю.
- Ты не возможен! - восклицает она, смеясь. - Боже мой, сколько лет прошло, а из тебя всё также слова не вытянешь.
Правильно. Оно надо? Не надо, не надо ничего из меня вытягивать. Самому мало.
Растрёпанное, лохматое чудо, с приклеившимися к коротким рыжевато-каштановым волосам травинками, от которого так неуловимо пахнет цитрусом и какими-то цветами, плюхается рядом со мной на обитую жестяными... или железными листами трубу отопления. Привычно поджимает под себя ноги в изящно-пятнистых сапожках, бесцеремонно извазюканных в грязи.
О да, тебя будут за них, конечно, ругать. Но ты никогда не опустишься до того, что бы выбирать безопасный для замши, но такой крючковатый путь. Ты всегда была слишком прямолинейна. Во всём.
- Скажи, что мне делать?
Ну и вопросики... Хотел бы я знать!
Наверное, мне следовало родиться иначе и в другом месте. Может, быть в другом времени. В конце концов, другого пола? Нет, это слишком жестоко!
Я не переживу общения с помадой.
Или с юбками. Рюшечками. Каблуками!
Нет, спасибо.
Кажется, я улыбаюсь - настолько это всё забавно. Настолько это всё грустно.
Я слишком давно научился улыбаться, когда хочется плакать. Глупо? Глупо. Это у меня такая гордость, понимаете ли. Ну что ж, какая есть.
И сейчас она так кстати...
- Пошли ему валентинку... - предлагаю я, и получаю в ответ подзатыльник от искренне возмущённой девушки.
- День Святого Валентина в феврале!
- Ну и что... - пожимаю я плечами. - Какая разница?
Она задумывается над моими словами, заново принимаясь выдёргивать шерсть из изрядно полысевшего кролика-рюкзака. Немного увеличиваю громкость в плеере...

I've tried like you
To do everything you wanted too
This is the last time
I'll take the blame for the sake of being with you

Я сам себе сейчас рою могилу. Вполне в моём стиле.
- В принципе, это идея... - наконец, роняет она и тихо хихикает, затем тыкает меня кулачком в бок.
- А раз это твоя идея, ты и будешь её воплощать!
- Я? А причём тут я? Мы так не договаривались! - моментально начинаю отбрыкиваться я, и только ловя эхо своих слов, понимаю, что сказал это вслух.
Упс.
- Такова моя воля! - важно выпрямившись, возвещаешь ты. Сейчас ты и впрямь похожа на королеву - даже со своими фигурно остриженными "пёрышками" и веснушками.
Помнится, я всегда был Ланселотом... Какая ирония!
Я вздыхаю.
- Ваш Рыцарь, конечно, не может не исполнить желание прекраснейшей из дев Камелота! - я изображаю некое подобие поклона.
Я ведь и впрямь не могу тебе отказать - ты будешь дуться. Очень, очень долго. Это ты умеешь. А я... Я не умею это переносить.
Снова звенящий переливом струй смех, быстрое объятие за шею и невесомый "клюв" в щёку.
Хорошо, что я не умею краснеть... Загар - полезная в хозяйстве штука.
- Будешь завтра моим почтальоном на большой перемене! – подводит итог Её Конопатое Величество, и мы погружаемся в молчание, думая каждый о своём.
Забавно, в детстве я всегда задирался с Бобом-Бобиком, когда он так тебя дразнил... А теперь я сам тебя так зову...
Забавная штука - жизнь...
Как это там в твоём любимом романе?
"Взявшись за руки, они любовались закатом, зная, что никто и никогда не сможет разлучить два любящих сердца..."
Я любуюсь прекрасным закатом вместе с самой прекрасной девушкой в мире, самой чудесной, самой весёлой, самой неунывающей, самой... Самой. Девушкой, в которую я влюблён.
И которая влюблена не в меня...
Два любящих сердца, да?

We're all out of time, this is how we find how it all unwinds
The sacrifice of hiding in a lie
We're all out of time, this is how we find how it all unwinds
The sacrifice is never knowing...

Pushing Me Away (оригинал Linkin Park)
Перевод взят с http://www.amalgama-lab.com/
Сам перевод:
Я солгал тебе
Так же, как обычно.
Но я в последний раз надеваю эту притворную улыбку
Ради нас, ради того, чтобы мы остались вместе.
(Ничто не вечно. Даже те, кто никогда не ссорится, в конце концов, расстаются).
Кутаясь во лжи, я жертвую собой.
(Всё имеет свой конец. Вскоре ты узнаешь, что наше время вышло и нам осталось только наблюдать за процессом разрушения).
Моя жертва состоит в том, что я никогда не узнаю

Почему я не бросил тебя,
Зачем я столько времени притворялся.
Ведь теперь я понимаю, что твоё стремление проверить меня, отталкивает меня
Я, как и ты, пытался
Угодить тебе.
Но я в последний раз
Беру на себя вину ради нас, ради того, чтобы мы остались вместе.
Наше время вышло. Так мы узнаём, как всё разрушается.
Кутаясь во лжи, я жертвую собой.
Наше время вышло. Так мы узнаём, как всё разрушается.
Моя жертва состоит в том, что я никогда не узнаю

9

Мрр..раз люди так пишут, то и играют, надо полагать, тоже на высоте..мое восхищение авторам.

10

Ну вот опять моя светлость решила пописать... Мда... *вздыхая* ладно, не буду цитировать Рэй, но по её согласию покажу.

Сон первый – Начало пути.

Ночь. Неспешно опустилась на тихие улицы города. Сон. Он окутывает сознание, путает реальность с вымысел. Снег. Нетронутым серебряным покрывалом стелятся сугробы, насмешливо и игриво кружат снежинки. Свет. От одинокого фонаря, желтовато-рыжий, он выхватывает лишь островок в этом царстве тьмы и покоя. Холод. Оковами опутывает тело, лишает чувствительности, замораживает чувства.
Я стою босиком под самым фонарём и, замерев, не моргая, смотрю вверх. На хоровод золотистых снежинок, искорками вспыхивающих в неярком свете. Луна испуганно спряталась за лохмотьями облаков, не желая помогать одинокому фонарю. Лёгкие брюки, расстегнутая рубашка… Они не спасают молодое тело от холода. На бледных скулах не тает снег, тяжелой ношей ложиться на ресницы. Закрываю глаза. Как хочется спать…
Нельзя.
Да я знаю, мне надо куда-то идти... Странное ощущение, я найду нужную дорогу и с закрытыми глазами, словно ходил по ней ни одну сотню раз. Но я не помню, ни  этих домов, сейчас взирающих на одинокую фигуру пустыми глазницами окон, ни этой улицы и только рыжеватый свет  и хоровод искорок-снежинок пробуждает в моём обледеневшем сердце ностальгию.
Шаг. Почти болезненный. Позади остаётся первый след на покрывале сугробов. Не оглядываюсь, открываю глаза и вновь безразлично слежу за падающим снегом. Холодно. Так холодно и больно. Тело кажется чужим и незнакомым. Но мы успеем ещё узнать друг друга… Шаг. Идти не просто, хотя даже сугробы пружинят под босыми ногами, не давая провалиться мне по пояс. Я устал, я так хочу спать, но приходиться делать шаг за шагом, ощущая, как в немеющее тело впиваются тонкие иглы холода.
Свет становиться рассеянным, тусклым. Сворачиваю и замираю на самой границе тени. Впереди аллея, укутанная мраком, так, что уже в десяти шагах деревья становятся не различимы. Так хочется отступить назад, развернуться и уйти, обратно, к свету, пусть даже не дарящему тепла. Сердце замирает, дыхание не слетает с холодных губ, я словно парализован. Снова.
Одна из теней вздрагивает и делает шаг ко мне. Страшно? Нет. Холод давно забрал все чувства. Я улыбаюсь, спокойно, безжизненно.
Я ждал тебя.
Пытаюсь рассмотреть своего проводника, но он лишь тень, среди тысячи таких же. Он протягивает руку и тихо зовёт меня, предлагая пойти с ним, обещая открыть мне путь из этого холодного забвенья. Есть ли у меня выбор? Нет, всё решено, давно и, к сожалению не мной.
Вздрагиваю, сбрасывая оцепенение. Шаг и детская ладонь сжимает протянутую руку. Сердце делает первый и последний удар. А потом тьма смыкается за моей спиной, увлекая за собой, по дороге, сквозь аллею, которой нет конца. Но это – лишь начало пути…

11

Про мою знакомую... в ее трудную минуту...
ТЫ УХОДИШЬ

Ты уходишь.
Не слышно даже шороха шагов.
Неужели все это время со мной рядом был не ты?
А кто же?
Твое отражение? Твоя тень?
Но у них нет памяти и нет души.
Поэтому они могут расставаться спокойно.
А я не могу.
Слишком много было доверия и тепла.
Слишком дорого обходятся собственные ошибки.
Я смотрю в окно.
Там нет ничего, кроме душной темноты, но это не важно.
Я все равно вижу тебя.
Со спины.
Ты уходишь.
Что-то внутри меня разрывается и разлетается в клочья.
Бьется, как стая птиц, но я крепче сжимаю зубы, чтобы не выпустить ни одну.
Птицы бьют крыльями, когтями и клювами, а я молча смотрю тебе вслед.
Ты уходишь.
Часть птиц хочет лететь за тобой. Встряхнуть тебя, растормошить, заставить остановиться, обернуться; вдолбить тебе осознание того, что ты натворил и творишь. Может быть, даже простить тебя.
Часть птиц хочет выкопать у тебя на пути яму, бросить тебе в спину кирпич, настучать тебе по голове чем-нибудь тяжелым и причинить боль.
Еще часть хочет твоей боли внутри. Хочет разодрать твою душу в клочья, оборвать сердце, заставить биться в горле и болеть.… Хотя бы на одну десятую того, как болею я.
Правда, часть птиц с горечью хлопает дверью и молчит. Она твердо знает, что все, что могло быть порвано в твоей душе, уже давно висит клочьями. И никому никогда не добраться до твоего сердца. Нельзя найти то, чего нет.
И только одна, самая маленькая часть птиц остается на месте. Она не хочет тебе мстить, не хочет тебя останавливать и даже не верит в то, что у тебя нет сердца. Она просто не может простить тебе того, что ты сделал. Наверное, потому, что оставшаяся часть птиц - это я. Я сама.

Отредактировано Жан-Клод (2008-09-04 17:08:27)

12

СВОЛОЧИ.

Все люди- сволочи, а я - больше всех, потому что я - пуп земли, и вокруг меня вертится Вселенная. Я - само совершенство, а главное - я талант. Я понял это с тех пор, как осознал, что я существую. Я - не ученый, я - философ, и моя философия- это давно уже уехавшая крыша. Я легко перешагиваю через условности и буду говорить так, как я хочу. И не надо лезть в гороскопы, чтобы узнать, что я такое. Я - солнце, Я - небо, Я - единственное и неповторимое чудо света, Я - это просто Я, и этим все сказано.

Есть христианство, есть мусульманство, есть буддизм, а есть эгоцентризм. Это религия себя самого. Нет Бога, кроме себя самого, и сознание этого - пророк твой.

Я - наркоман, и моя новая роль - мой новый наркотик. Я плохой? Ну и что? А зачем мне нужно быть лучше? Ведь я и так люблю вас, люди! Люблю за то, что вы такие же сволочи, как и я, может быть, даже больше. А я - единственное и неповторимое эгоистичное животное. И любите меня, пока я такой! Любите, пока я не стал хорошей, скучной и серой, средней сволочью квартирного масштаба.

Люди!!! Да здравствуем мы!!! Ведь все мы - немного сволочи.

Жду критику.happy.gif

13

Посхожу с ума, выложу и сюда что ли...

Сон второй. Библиотека.

Пустынный, тёмный, холодный коридор, казалось, тянущийся из ниоткуда в никуда. Нет ни одного факела, ни одного окна, дабы разогнать вольготно расположившуюся здесь тьму. Забреди сюда случайно путник и время для него обернётся вечностью, а прямой ход извилистым лабиринтом. Едва уловимый запах пыли и смерти, ветхости и запустенья, способен нагнать тоску, такую, что невольно потянет подвыть шалящему где-то рядом сквозняку. Этот проказник, проникший в царство тьмы обманом, словно плачет и смеётся, подражая неуспокоенной душе, скребётся и стонет, бьётся, зовя на поединок глухое, сварливое эхо. И за надёжною преградой каменных стен притаилось безумие, неумолимо подтачивающее рассудок в этом чуждом жизни месте.
Но если совладать с собою, сделать медленно шаг во тьме, отринув безумие и запирая страх в душе, то можно дойти до первой двери на этом коротком или длинном пути. Она будет едва приоткрыта, словно в ожидании, тяжёлая, массивная, до дрожи напоминающая могильную плиту. Монолитнаяя, грубая, почти не отличимая от стен, давящая и подавляющая. Одно неверное движение и она будет захлопнута, потерявшись во тьме, оставляя одного в лабиринтах собственного сознания.
В тонкую щель с трудом выглядывает юный, тёплый, трепещущий лучик надежды и света. Он дрожит перед лицом превосходящего противника и жмётся неуверенно к самому косяку, едва касаясь боком ледяных стен, но не отступает, манит, зовёт, обещая поддержку и покой.
Стоит лишь протянуть руку, цепляясь за леденящий пальцы шероховатый монолит плиты, потянуть на себя, казалось бы, без особой надежды сдвинуть дверь хоть на немного, как та мгновенно и легко распахнётся, заставляя отшатнуться на мгновенье, закрывая глаза, в невольной попытке оказаться в ставшей слишком привычной тьме. А свет тем временем, пользуясь замешкой, выберется в коридор, гоня свою противницу прочь, обнимет нежно и заботливо, укутает в покрывало тёплых лучиков и потянет за собой, обманчиво шепча на грани слуха, что все проблемы позади, что ты так устал и есть возможность наконец-то отдохнуть, расслабиться, остаться…
Поддавшись сладкой речи, обещанию покоя и уюта, шагнёшь навстречу, чуть щурясь с непривычки, не слыша вздоха за спиной. Лишь только тень протянет руку тьме, зовя её с собой, и старая кокетка, приподняв свою вуаль, с улыбкой примет приглашенье, тихонько притаившись у самых твоих ног, не пряча любопытства.
Сумев прозреть, расплатишься дыханьем, что замрёт в груди, не смея вырваться наружу и осквернить то место, в которое ты приглашенье получил. Не хватит слов и мыслей увиденное описать, и даже тьма замрёт несмело, не зная, сколько же сумела потерять. Ведь пред тобою будет вечность. Она включит в себя и жизнь, и смерть, миры, умы и время, сознанье, чувства, души, места, слова, мгновенья…Всего не охватить, не рассказать. И примет вечность вид невинный, таясь на миллионах полок разноцветьем книг. То старых фолиантов, древних, словно проживший жизнь мудрец, с потёртыми и жёлтыми страницами, ветхими обложками, собравшими немало пыли на себе, то новых, тонких, молодых, что лишь вчера ещё лежали под рукой своего творца, который выводил неровно строки, даря книге душу и жизнь.
Но всё это богатство не твоё, о чём напоминает чуть дрогнувший от недовольства свет, напоминая о себе и отрывая от раздумий, заставив тени танцевать беззвучный вальс, в который с радостью включилась и твоя, несущая в себе частицу тьмы и капельку безумия. Ты, подчиняясь, отвернёшься, оставив неприкосновенной вечность, идя к источнику тепла, чуть щурясь, вновь дыша.
Свет, пламя, живущее на самом краешке свечи, игриво подмигнёт, качаясь в стороны на тонком стебельке и плавя свой насест, играя, чуть шипя. Он совсем молод, ему охота пошалить, но он привязан, у него есть долг. Свет близко, настолько, что даже тень, в обнимку с тьмой, на время спрятались и отступили прочь. Лица и плеч неуловимо, нежно и тепло касаются чужие поцелуи, объятья, что сулят тебе покой, всё это так неуловимо, на что-то слишком уж похоже…
И отгоняя наважденье, сон, не вспомнив ни зимы, ни света фонаря, что так манил в ночи, отводишь взгляд от пламени свечи, невольно замирая вновь. Перед тобой она, хранящая частицу вечности, которой не позволено коснуться. Она… по-своему прекрасная, не молода, но явно не старуха, таинственна, достаточно стройна, изысканна и так зовуща… Книга.
Обложку не рассмотреть, она уже раскрыта, пролистана почти до середины. Не скажешь точно, ждала она тебя или была оставлена одна своим первым кавалером. Теперь она твоя, пускай на краткий миг, но прикоснёшься к тайне. Неуловимо пальцы гладят чуть шероховатые страницы, взгляд прикован к строчкам на незнакомом языке. Но спустя вздох ты начинаешь понимать, и перед взором оживает образ…

Всё тот же замок, бальный зал, огромный, необъятный, светлый, он ярко нарядился в этот день. Постираны и выглажены разноцветные портьеры, протёрты рамы, окна и полы и выставлены праздничные столы, что ломятся от всевозможной снеди. Натянуты гирлянды, ленты, принесены прекрасные цветы. В витражное окно неловко подглядывает непоседа месяц, ему ведь тоже любопытно, что происходит в зале в эту ночь.
А там уже не первый час идёт веселье, бал маскарад, где всё так ложно и открыто! Веселье, смех, задор, лукавство, тайна - все эти чувства пропитали зал. Порхают бабочками пары, вплетая танец в праздничный мотив, что переливами разносится чуть опьяневшим эхом до самых укромных уголков. Смешались запахи и звуки, пьяня без всякого вина, утягивая в бесконечный ритм веселья.
Но есть неуловимая черствинка, что портит общий хоровод. Взгляд судорожно скользит по залу, ища, что же неверно в этом всём. Ни зрение, ни слух не могут подсказать ответа, но есть ещё сознанье, а оно… Ты слишком поздно понимаешь, что же не так на красочном балу. Незримый кукловод, без жизни и души, он дёргает за нити, управляя маскарадом, ведя свою незримую игру. Его взгляд наполняет только пустота, поэтому его и не найти…

Шипит погасшая свеча, что захлебнулась в луже воска и умирает свет, тихонько улыбаясь на прощанье. Тьма, раскрывая крылья, принимает новые владенья, вздыхает, чуть печально, одиноко, потеряна ещё одна душа…